Комментарий МЭО к публикации в «Комсомольской правде»: «Нам бы все учебники взять и исключить»!

Комментарий МЭО к публикации в «Комсомольской правде»: «Нам бы все учебники взять и исключить»!

Обозреватель «КП» разбирался есть ли смысл снова сокращать федеральный перечень книг, по которым дозволено учиться школьникам («Комсомольская правда», 05 июня 2018, автор АЛЕКСАНДР МИЛКУС, обозреватель отдела образования и науки «КП», источник https://www.kp.ru/daily/26837/3878827/). 
Мы (компания МЭО) не удержались от комментария одного из выводов автора данной публикации, в ходе которой упоминается название компании «Мобильное Электронное Образование».
Авторский текст:  <<<…>>> Перевожу на русский язык. Пока чиновники обещают организовать цифровую школу и сокращают перечень бумажных учебников, по факту цифра уже давно в школе. И дети учатся по материалам, не прошедшим ни государственную экспертизу, ни экспертизу Академии образования. И, похоже, неплохо учатся…<<<…>>>

Комментарий МЭО: ИОС МЭО имеет экспертное заключение Российской академии наук и экспертное заключение Федерального института развития образования о возможностях использования онлайн-системы МЭО в учебном процессе.

Ниже приводим полный текст статьи.


Я читал заключения экспертов, проводивших новую, и почему-то спешную проверку школьных учебников, и пытался найти в них широту мысли, глубину анализа. Мне наивно казалось, что только особо мудрые специалисты могут рассуждать о том, какая книжка нужна школьникам, приближает ли она их к белоснежным вершинам знаний. Но перелистывал я совсем другие тексты.

Вот в учебнике «Обществознание», 6 класс (его читают дети лет 12-13) приводят простенький стишок:

Вот в учебнике «Обществознание», 6 класс (его читают дети лет 12-13) приводят простенький стишок:

«- Где ты была, сегодня, киска?

— У королевы у английской.

— Что ты видала при дворе?

— Видала мышку на ковре!»

По-моему, он вполне к месту, чтобы объяснить ребятам, что такое истина абсолютная и относительная. Но эксперт одергивает: «Бессмысленное задание».

Другой эксперт возмущается: «Почему при назывании Ганди употреблено прозвище Махатма и не дано имя собственное Мохандас Карамчанд»? (Это другой учебник «Обществознание», но тоже 6 класс). Да, без этого знания подросткам никак.

Третьего эксперта задело то, что «диалог «умника» Васи и «спортсмена» Ромки о патриотизме начинается с того, что, покупая мороженое, мальчики выбирают не импортное, а отечественное» — «такая важная тема преподносится на бытовом уровне и пронизана негативом». (Еще один учебник «Обществознания», 6 класс).

«Обществознание» за 10 класс поразило проверяющих фразой «В гневе Зевс-громовержец испепелил титанов, и, смешал их пепел с кровью Диониса…» («В учебнике неуместны такие жуткие подробности»)

А в учебнике «ОБЖ» для 9 класса эксперт гневно обрушивается на использование аббревиатуры РФ («она не является официальным сокращением и ее использование в учебнике неуместно»).

Биология, география, литература… Очень многие все замечания по сути – мелкие придирки, редакторские правки, демонстрирующие кругозор экспертов, а уж точно не качество прочитанных книг. Еще и написаны заключения с грамматическими ошибками: некоторые проверяющие не знают как правильно писать «не корректно» — вместе или отдельно.

Сокращение ради сокращения

В каждом серьезном действии, особенно если оно касается системы образования, я пытаюсь найти логику, глубинный смысл: зачем? что это даст школьникам и страны? Вот сейчас готовится новое сокращение Федерального перечня учебников, рекомендованных для школ.

Из официальной справки: «Экспертами Российской академии образования (в основном ими выступили учителями московских школ) в рамках дополнительной экспертизы проверены 1117 учебников. Только 781 получили положительные заключения».

(Примеры отрицательных замечаний — чуть выше).

— В них полно ошибок! – обычно так говорят, когда объясняют, причины новой усушки-утруски Перечня.

На самом деле с ошибками уже давно не так все просто. Еще лет десять назад, когда Минобрнауки в первый раз всерьез взялось навести порядок с разноголосием учебников, выяснилось: неграмотных, уж слишком трагичных неточностей, которые могут сломать судьбу ребенку, если он начитается неправильных книжки, нет. «Комсомолка» еще тогда вместе с зам министром образования Исааком Калиной объявила всероссийский конкурс, пообещав победителю, приславшему учебник с грубыми ошибками, мощный компьютер в подарок. Компьютер остался в магазине.

И в 2014 году, когда Перечень впервые сильно пощипали – из трех тысяч наименований в нем осталось 1369, в основном придирались к формальностям – не тогда сдали результаты экспертизы, не принесли вовремя весь пакет документов.

Ну а сейчас, по-моему, вообще нет смысла изменять Перечень. Просто потому, что он сам как инструмент, определяющий школьную жизнь, безбожно устарел.

Аргумент 1. А как же цифровая школа?

На этот раз эксперты проверяли бумажные учебники. Электронные варианты даже не смотрели. И правильно. С прошлого года издательства обязаны выпускать бумажные и электронные учебники, но электронные варианты на самом деле такими не являются. Они должны быть идентичны бумажным. Вот издательства не заморачиваются – вместо современных интерактивных учебников выпускают копии бумажных, переведя страницы в электронный формат.

Цифровое образование приходит в школу совсем другим путем. В этом году на Московском международном салоне образования я насчитал восемь компаний, которые помогают учителям, родителям и детям учиться с помощью Интернета. От мощных платформ Яндекс.Просвещение и Lecta «Российского учебника» до «Мобильного электронного образования» и Учи.ру. За год – мощнейший всплеск этих ресурсов. Здесь и домашние задания, и учебный материал, соответствующий образовательным стандартам. Материалы в удобной современным детишкам форме, возможность для учителя проверить выполнение домашнего задания за 10 минут онлайн.

По моим прикидках, такими платформами уже пользуются больше 4 миллионов школьников, 20-25 тысяч школ.

Классам, которые перешли на такие платформы, учебники не нужны. Все есть в интернете.

— А как же экспертиза? Кто вас без экспертизы к детям допустил? – строго спрашивал я представителей компаний.

— По закону такие ресурсы не нужно проверять. Но мы показали на всякий случай получили экспертизу РАН. Никакой другой – если подумать – для школьных знаний и не нужно. У нас свои методисты, они знают как ребятам предметы преподавать, — вот такой ответ почти слово в слово я получил от всех.

— Но вот сокращают бумажные учебники…

— Эээ, вы спрашиваете про бизнес, а мы тут говорим про образование!

Перевожу на русский язык. Пока чиновники обещают организовать цифровую школу и сокращают перечень бумажных учебников, по факту цифра уже давно в школе. И дети учатся по материалам, не прошедшим ни государственную экспертизу, ни экспертизу Академии образования. И, похоже, неплохо учатся… >>>

Уточнение МЭО: ИОС МЭО имеет экспертное заключение Российской академии наук и экспертное заключение Федерального института развития образования о возможностях использования онлайн-системы МЭО в учебном процессе.

<… >Аргумент 2. Двойная бухгалтерия

— Что, опять сокращают? – вздохнула моя собеседница, директор одной из школ во Владимирской области. – Мы же только что заключили договора с тремя издательствами на поставку книг на 800 тысяч рублей. Вы себе представляете насколько это большие деньги для сельской школы? И вот эти учебники исключат – выходит, деньги на ветер!

У большинства школ бюджет – только-только свести концы с концами. На зарплату, на коммуналку и – частично – на покупку учебников (поэтому директора втихаря, опасаясь нагоняя начальства просят родителей помочь).

Фактически учат не по тому, что в Перечне, а по тому, что сохранилось в библиотеке. Сильно подкосили сокращения 2014 года. Некоторые учителя продолжают, нарушая закон (учебниками не из Перечня пользоваться нельзя, но можно их использовать, назвав «учебные пособия») заниматься по курсу математики Людмилы Петерсон или программе «Школа 2100».

— От нас требуют результат, — говорит мне другая директор, из Свердловской области. – А программа Петерсон дает хороший уровень освоения математики.

— У нас правильные учебники на партах появляются, когда приходят проверяющие, — признается мне директор из Чебоксар. – А как учим? Математики используют несколько учебников. Гуманитарии учебниками вообще не пользуются. Берут тексты-первоисточники и много полезного из размещенных в Интернете электронных ресурсов.

И лишь один директор возмутилась:

— Без бумажного учебника нельзя – а вот какой-то параграф дети вспомнить должны – полистали книжку, и вспомнили!

В общем, нехорошо это, когда учат по одним книжкам, а закупают для «проверяющих» другие. Это и бюджету не на пользу, и детям, которые со школьной скамьи учатся двойной бухгалтерии.

Аргумент 3. Вперед, в прошлое!

Банальность, но факт: мы живем в мире абсолютно неопределенного завтра. Мы не знаем, какие профессии будут востребованы всего лишь через 5-7 лет. Какие знания пригодятся сегодняшним школьникам в жизни. Да, по большому счету, мы не знаем и как их учить.

Школа на переломе. Не только наша. Свои пути ищут школы в большинстве развитых стран. И вот раз уж мы взялись за новые учебники, логично было бы поставить, наконец, лошадь перед телегой.

У нас достаточно умных экспертов, педагогов. Надо бы собраться и подумать:

— Первое: какого ученика мы хот получить, какие навыки он должен получить, чтобы быть успешным в жизни, которая явно будет сильно отличаться от советских времен?

— Второе: как учить современных детей в эпоху лавинообразного развития новых технологий.

Как точно заметила министр тогда еще образования и науки (а теперь министр просвещения) Ольга Васильева, мы не знаем на самом деле наших детей – исследования нового поколения не проводились лет тридцать.

Тогда вопрос — а каким образом эксперты — а это обычные московские учителя — проверяют методическое соответствие учебников возрастным возможностям ребенка? По каким критериям?

Кстати, я интересовался у Марьяны Безруких – директора Института возрастной физиологии, одного из немногих специалистов, изучающих особенности современных школьников:

— А вам учебники на экспертизу давали?

— Нет!

Мне кажется, сегодня «осовременивание» школ нужно начать с исследования нынешнего и грядущего поколений. Каким образом им комфортнее получать информацию, как лучше на них воздействовать? Я слышал, что Российская академия образования собирается за такой проект взяться.

А уж затем можно определить базовый объем знаний и навыков школьников третьего десятилетия 21 века. А уже под это писать новые стандарты, разрабатывать уж точно не учебники, а цифровые комплексы.

Кстати

Впрочем, можно было этот текст про судьбу бумажных учебников и не писать.

Чтобы было понятно к чему дело сводится достаточно в общем-то одной фразы: «Рынок учебной литературы – а это и учебники, и рабочие тетради — 25 млрд рублей в год».

 

Источник публикации: https://www.kp.ru/daily/26837/3878827/

Поделиться:


Свяжитесь с нами

Телефон
Email
ФИО
Ваша роль*:
Тема обращения*:
Сообщение:
Создано: WoodzershStudio